Житель Янгона (dragon_naga) wrote,
Житель Янгона
dragon_naga

Category:

Осторожно, двери закрываются...

Мьянма решила пересмотреть инвестиционный прогноз на 2014-2015 финансовый год (в Мьянме финансовый год начинается 1 апреля). Первоначально планировалось привлечь в экономику страны не менее 5 миллиардов долларов. Но уже к концу августа (то есть, за первые пять месяцев финансового года) инвестиции составили 3,3 миллиарда. 31 процент этих инвестиций пришелся на телеком, 23,8 процентов – на нефтегазовый сектор, 18,4 процента – на инвестиции в сфере недвижимости, 13,3 процента – на отельный бизнес и 8,1 процент составили инвестиции в производственные проекты (преимущественно в швейную отрасль). Ясно, что по итогам финансового года план по привлечению инвестиций в Мьянму будет существенно перевыполнен.

На этом фоне среди предпринимателей Мьянмы началась дискуссия на тему: «Не слишком ли широко мы открыли двери для иностранных фирм?». Дискуссию спровоцировало решение Мьянманской инвестиционной комиссии (органа исполнительной власти, дающего разрешение на осуществление инвестиционных проектов с иностранным участием), которая 14 августа определила 10 отраслей, куда иностранцы инвестировать не могут. Кроме того, реализация 64 видов экономической деятельности по всей стране возможна для иностранцев только с участием мьянманского партнера.

Полный запрет инвестирования касается стратегических интересов Мьянмы – например, речь идет о системах навигации и электроснабжения, добыче отдельных видов полезных ископаемых, а также разработке лесных ресурсов. Среди тех видов деятельности, когда иностранец обязан вступать в партнерство с государственными или частными структурами Мьянмы, - девелопмент, железные дороги, частные больницы и выращивание сельхозпродукции.

Тем не менее, даже это ограничение многим мьянманским бизнесменам показалось чересчур либеральным. Член центрального исполнительного комитета Федерации торгово-промышленных палат Союза Мьянма У Нхин У сообщил журналистам, что цель правительства должна состоять в том, чтобы поднимать благосостояние жителей Мьянмы, а не делать иностранцев богаче. А глава мьянманской группы «Тура Свисс» У Аунг Тура подчеркнул, что вполне естественно, когда правительство привлекает иностранцев работать в тех сферах, где местный бизнес работать просто не в состоянии (например, из-за отсутствия новейших технологий), но «прямые иностранные инвестиции должны быть ограничены в тех сферах, в которых местные бизнесмены могут успешно работать, или смогут работать в ближайшие два-три года». Он также выразил беспокойство тем, что в некоторых секторах иностранцы просто вытеснят местные компании, назвав это «стратегической ловушкой».

У Нхин У назвал несколько секторов экономики, где, по его мнению, иностранцам делать нечего. Например, запчасти для станков и механизмов для мьянманских предприятий следует производить в самой Мьянме, а не завозить из-за границы, поскольку это даст работу многим местным жителям.

Нужно подчеркнуть, что это – мнение двух крупных мьянманских предпринимателей, входящих в элиту бизнеса. И к этому мнению власти не могут не прислушиваться.

Правительство было вынужден оправдываться. Секретарь Мьянманской инвестиционной комиссии У Аунг Найнг У сообщил, что все ограничения введены в строгом соответствии с законом об иностранных инвестициях и документами АСЕАН и ВТО. «Мы пытались найти консенсус всех сторон, но критика слышна до сих пор», - посетовал он. При этом он заметил, что хотя правительство и ограничило некоторые сферы деятельности для иностранцев, притока в них местных бизнесменов пока не наблюдается. А те, кто приходят, заведомо не могут работать в соответствии с высокими стандартами качества, которые требуют иностранные компании. «Если же мы будет в каждом случае настаивать на организации СП, то у нас просто не хватит мьянманских партнеров, и многие проекты будут потеряны для страны», - подчеркнул он.

Тем не менее, мнение мьянманского бизнеса неизбежно принято во внимание – тем более, что сейчас идет пересмотр закона об иностранных инвестициях, принятого в 2012 году. В Мьянме сложилась парадоксальная ситуация, которой больше нет ни в одной из стран АСЕАН – иностранные инвестиции и инвестиции мьянманцев в экономику страны регулируются двумя разными законами (Законом об иностранных инвестициях 2012 года и Законом об инвестициях граждан Мьянмы 2013 года). Подобная ситуация когда-то была только в Лаосе, но в 2007 году там был принят единый закон, касающийся инвестиционной деятельности. При этом мьянманские чиновники подчеркивают, что речь идет не о механическом объединении двух законов – практика их применения показала, что оба они нуждаются в совершенствовании. Какого рода поправки будут внесены – власти пока не говорят. А выступление видных представителей мьянманского бизнеса о дальнейшем ограничении присутствия иностранцев в экономике страны вполне можно рассматривать именно как пожелания к новому тексту единого закона.

Впрочем, если попытаться понять, чего в итоге хотят добиться мьянманские бизнесмены, то ответ напрашивается сам собой: они боятся конкуренции. Причем, эта боязнь – другого рода, чем та, которую испытывает, например, европейский бизнесмен. Для мьянманца проигрыш в конкурентной борьбе, когда его грубо оттирают и выкидывают с рынка в собственной стране – это болезненная потеря лица, а логика прежних лет, когда страна была фактически закрыта для внешнего мира, подсказывает простое решение: нужно все запереть и никого не пускать. Типа, «не мешайте нам делать наш бизнес».

Рискну сказать, что мьянманцы – очень закрытые люди. Те, кто с ними работает, знает, что стать «своим» для мьянманца очень сложно. Да, они улыбаются, демонстрируют свои дружеские чувства, но в каждом случае существует некий барьер, дальше которого чужака просто не пустят. Или пустят после того, как этот чужак станет привычным «элементом пейзажа» - а это требует времени и определенных усилий. Именно поэтому я уверен, что принятое в свое время генералом Не Вином решение закрыть страну от внешнего мира – это не блажь странноватого диктатора, а выражение «коллективного бессознательного» мьянманцев. Жители Мьянмы до сих пор болезненно относятся к иностранцам, которые смеют высказывать свое мнение по поводу происходящего в стране. Иностранцы могут говорить только о золотых пагодах и о природе – таково самое распространенное мнение. А попытки высказаться на тему мьянманской политики в лучшем случае встретят холодный вежливый интерес, а в худшем тебе скажут: «Не нравится Мьянма? Уезжай!».

Бизнесмены старшего поколения очень четко следуют этой логике, основанной на опыте предшествующих десятилетий. Именно поэтому стремление ограничить деятельность в стране иностранцев – у них в крови. Если будет меньше иностранцев – то возможностей для их бизнеса будет больше, и при этом никто вокруг не будет толкаться локтями.

Есть в этом и банальный экономический интерес. В годы закрытости многие инвестиционные проекты в Мьянме реализовывались по схемам с участием номиналов из числа граждан страны. По сути, от номинала ничего не требовалось кроме одного – не соваться в дела фирмы, которая на него зарегистрирована. За это он получал некоторое денежное вознаграждение.

В случае с крупными мьянманскими компаниями, выступавшими в роли номиналов, схема была чуть-чуть другая. Фактически мьянманская сторона становилась лоббистом и оператором проекта, а значит – в том или ином виде участвовала в разделе прибыли. При этом она не инвестировала ни доллара в стартовый капитал, а получала долю в проекте за лоббизм и организацию процесса. С открытием страны эта возможность постепенно ушла – теперь, чтобы стать партнером в проекте, мьянманцу уже надо вложить собственные деньги. И понятно, что если лакомых сфер экономики, где иностранцы не смогут работать, станет больше – то схема с номиналами опять будет востребованной.

Интересна и фраза главы «Тура Свисс» о том, что иностранцы должны быть ограничены в сферах, где мьянманские бизнесмены теоретически смогут работать спустя два-три года. Причина такого заявления вполне объяснима. После открытия страны ведущие мьянманские компании вступили в партнерство с иностранными инвесторами, часто нахватав проектов «под завязку». Именно поэтому сейчас они не в состоянии ухватить новый кусок. А правительству предлагается «заморозить» этот кусок на пару лет, чтобы он в целости и сохранности дождался нового хозяина – именно через два-три года можно говорить о первых результатах уже начатых инвестиционных проектов. А это значит, что у крупного мьянманского бизнеса в это время уже появятся какие-то деньги для осуществления новых инвестиций.

То есть, по сути крупный мьянманский бизнес предлагает правительству ограничить сферы иностранного инвестирования на время первоначального накопления капитала, и подождать, пока у мьянманцев появятся собственные деньги для осуществления этих проектов.

Нужно сказать, что правительство относится к подобным планам более чем доброжелательно. Приведу один пример. В июне 2012 года у меня была возможность довольно долго беседовать с У Со Тейном – тогда министром промышленности и главой той самой Мьянманской инвестиционной комиссии, которая выдает разрешения на иностранное инвестирование в Мьянму. Беседа оказалась настолько интересной, что после нее я записал все основные тезисы, высказанные У Со Тейном.

Вот фрагмент этой беседы:

«Правительство Мьянмы намерено оказывать помощь иностранным инвесторам при осуществлении их проектов в Мьянме. Тем не менее, создавая условия для инвестиций (например, совершенствуя законодательство и проводя реформы), оно напрямую в этом процессе участвовать не намерено…

Поэтому рекомендация для иностранного инвестора одна: найдите себе достойного местного партнера из числа уважаемых мьянманских компаний, которому вы сможете доверять – и инвестируйте. Кроме того, посмотрите, в чем нуждаются жители той или иной территории. Например, для Янгона, где живет больше 7 миллионов людей, это проблемы обеспечения чистой водой, переработка мусора, общественный транспорт (сейчас он просто опасен для людей), электроснабжение, доступное жилье. Ясно, что в этих сферах инвестиционные проекты будут особенно успешны.

Опыт Вьетнама, который определил набор приоритетных для экономики проектов (прежде всего, в инфраструктуре) и готов по ним давать государственные гарантии, для нас неприемлем. Вьетнамцы – слишком агрессивны в политике привлечения инвестиций, но это еще и потому, что у них в стране было меньше потенциальных объектов для инвестирования, чем у нас. Поэтому для привлечения средств им нужно было задействовать более широкий набор инструментов. Мы – более мирные люди в своей экономической политике, и уверены, что даже с нашим нынешним подходом у нас будет достаточное число инвесторов.»

К этому стоит добавить, что У Со Тейн сегодня – министр президентского офиса (в ситуации, когда в Мьянме отсутствует должность премьер-министра и главой исполнительной власти является президент, министр президентского офиса по сути равен статусу отраслевого вице-премьера). А некоторые газеты его прямо называют «экономическим царем» Мьянмы (кстати, в газетных текстах употребляется именно слово «czar» или «tsar»).

Сложно сказать, какой результат будут иметь инициативы китов мьянманского бизнеса. Ясно, что правительство, возможно, в чем-то пойдет им навстречу. Судя по всему, маятник, резко качнувшийся в сторону открытости страны после начала реформ, уже начал движение в обратном направлении. На традиционное мьянманское стремление к закрытости наложились экономические факторы, делающие эту закрытость выгодной для местного крупного бизнеса. Конечно, до автаркии времен генерала Не Вина дело не дойдет – потому что на этот раз регулятором будут не субъективные причуды диктатора, а экономическая логика ключевых игроков экономики страны.

То есть, в самом скором будущем иностранные инвесторы увидят, что несколько «окон возможностей» в Мьянме с треском захлопнулись. И у них будет выбор – создавать «кривые» схемы с участием номиналов, надеясь, что перспективы большого и еще неосвоенного рынка того стоят, или плюнуть на Мьянму и идти инвестировать во Вьетнам.

Даже сейчас при всех своих перспективах Мьянма до сих пор отстает от соседей по объему привлекаемых инвестиций. С января по июнь этого года объем инвестиций в Таиланд составил 6,8 миллиардов долларов, а во Вьетнам за восемь месяцев 2014 года инвесторы вложили 7,9 миллиардов. Даже если Мьянма превзойдет планируемый годовой показатель в 5 миллиардов долларов привлеченных инвестиций – на фоне ее соседей этот результат будет более чем скромным.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments