dragon_naga

Categories:

Цирк с Конституцией

Правящая партия Мьянмы предлагает военным самим отпилить сук, на котором они сидят.

Депутаты от вооруженных сил направляются на сессию парламента Мьянмы. Фото The Irrawaddy.
Депутаты от вооруженных сил направляются на сессию парламента Мьянмы. Фото The Irrawaddy.

27 января спикер парламента Мьянмы Т Кхун Мьят объявил о том, что в нижнюю палату официально внесены два законопроекта с поправками в Конституцию страны, которая была принята в 2008 году, еще при военном режиме, и фактически создала в стране две параллельные вертикали власти – военную и гражданскую. 

Согласно ныне действующему Основному закону, гражданский президент не имеет полномочий решать вопросы обороны и безопасности, и ему в стране не подчиняется ни один вооруженный человек. Зато за военными закреплены существенные привилегии - в том числе право предлагать для назначения кандидатуры на должности трех силовых министров (обороны, внутренних дел и пограничных дел) и иметь квоту в 25 процентов депутатских мест в общенациональном парламенте и региональных собраниях. 

Законопроекты с поправками были подготовлены Комитетом по внесению изменений в Конституцию, работа которого шла в течение предыдущих одиннадцати месяцев. Сообщается, что формальными инициаторами законодательной инициативы выступил 351 парламентарий – это значительно больше порога в 20 процентов, который по регламенту необходим для того, чтобы законодательная инициатива была принята для обсуждения на сессии парламента. 

Затеявшим всю эту чехарду с поправками лидерам правящей Национальной лиги за демократию (НЛД) теперь предстоит ответить на вопрос – зачем им это все было нужно. Согласно статье 436 Конституции страны поправки в нее могут быть внесены при одобрении их 75 процентами депутатов парламента (а в некоторых случаях полагается еще и провести референдум). Если учесть, что за военными в парламенте зарезервирована четверть депутатских мандатов, то понятно, что без согласия законодателей в погонах никакие изменения в Основной закон страны просто невозможны. А внесенные по инициативе НЛД поправки как раз и направлены на то, чтобы лишить военных этой «золотой акции». То есть, военным предлагается самим отпилить сук, на котором они сидят.

Заседание парламентского комитета по внесению изменений в Конституцию
Заседание парламентского комитета по внесению изменений в Конституцию

Комитетская чехарда

Комитет по внесению изменений в Конституцию был сформирован в феврале прошлого года. В него вошли 45 парламентариев от 14 политических партий, а также независимые депутаты и представители военной фракции. Пропорционально раскладу сил в парламенте, НЛД в комитете получила 18 мест, военные – восемь, а основная оппозиционная сила, поддерживаемая военными Партия сплоченности и развития Союза (ПСРС), – два места.

ПСРС, Араканская национальная партия и Национальная объединенная демократическая партия перестали участвовать в заседаниях комитета с конца прошлого года. Военные сделали это еще в середине 2019 года, объявив решение о создании этого органа неконституционным. А представители некоторых этнических партий, тоже переставшие ходить на заседания комитета, считают, что там установлен «диктат НЛД», и их голоса никто не желает слушать.

Несмотря на бойкот комитета частью депутатов, кворум в этом органе все равно сохранился, а поэтому он продолжал работу.  Его члены рассмотрели более 3700 поступивших в их адрес предложений по изменению Основного закона страны. 20 января два законопроекта с перечнями поправок были одобрены 30 членами комитета, представляющих НЛД и несколько этнических партий. То есть, формально - двумя третями от списочного состава комитета.

Троллинг по-военному

Уйдя из комитета, военные начали откровенно троллить деятельность этого органа, подавая в парламент свои собственные поправки в конституцию, которые бы могли в дальнейшем еще больше осложнить назначение представителей НЛД на высшие государственные посты и расширить влияние вооруженных сил. 

Одна из поправок от военных запрещает иметь ближайших родственников с иностранными паспортами не только кандидатам на должности президента и вице-президента (как это сейчас предусмотрено разделом “f” статьи 59), но и всем членам правительства и главам регионов. Понятно, что основная цель этой поправки – совсем не принятие мер по укреплению национальной безопасности, предотвращению иностранного влияния и пресечению шпионажа, а желание окончательно «поразить в правах» Аун Сан Су Чжи, оба сына которой являются иностранными гражданами. 

Вторая поправка от военных к статье 261 Конституции дает право региональным собраниям самим избирать главного министра (т.е. главу) региона – сейчас главного министра назначает президент из числа депутатов соответствующего регионального собрания. В случае принятия этой поправки НЛД потеряла бы возможность назначать главного министра в штатах Шан и Ракхайн, где у этой партии нет большинства, при этом в региональных парламентах возросла бы роль ПСРС и военной фракции. Эту поправку можно смело называть шагом на пути к федерализации страны, и парадоксально то, что против нее выступает именно НЛД, представители которой фактически монополизировали тему построения в Мьянме «справедливого федеративного государства». 

И, наконец, еще одна поправка от военных дает право Совету национальной обороны и безопасности (конституционному органу, призванному обеспечить баланс между военной и гражданской вертикалями власти страны, в котором у военных де-факто имеется большинство в один голос) распускать парламент. 

Такой троллинг военных имел целью продемонстрировать, что они не против внесения изменений в конституцию, но поправки должны быть совершенно другими. При этом представители командования Сил обороны неоднократно заявляли о том, что военные готовы уйти из политики только тогда, когда страна обретет политическую и экономическую стабильность.

Эти пять законопроектов парламент также будет вынужден рассмотреть, поскольку в их поддержку тоже высказалось более 20% депутатов – учитывая, что четверть парламента составляют депутаты в погонах, никто не сомневался, что этот порог будет легко преодолен. 

Заклятие статьи 436

Первый законопроект, подготовленный комитетом по внесению изменений в Конституцию, включает 51 поправку, принятие которых подпадает под условия раздела “a” статьи 436 – то есть, они должны получить одобрение более 75 процентов депутатов парламента и затем - поддержку «более половины имеющих право голоса» на общенациональном референдуме. Второй законопроект включает 63 поправки, для принятия которых, в соответствии с разделом “b” статьи 436, требуется одобрение более 75 процентов законодателей, но без необходимости проводить референдум.

В преамбуле говорится, что эти предлагаемые поправки направлены на демократизацию Конституции, поскольку сейчас в ней содержатся недемократические статьи и положения, которые противоречат друг другу, препятствуют созданию федеративного государства и не обеспечивают равные права граждан. 

Ни для кого не секрет, что тезис об обеспечении «равных прав» граждан страны направлен прежде всего против наличия в парламенте военной фракции. Ее члены назначаются главкомом Сил обороны, и по сути получается, что военнослужащие имеют больше одного депутата – во-первых, того, кого они в числе других граждан страны избрали по своему территориальному округу, а во-вторых, и целую фракцию людей в погонах.

Согласно этому законопроекту, «неизбираемая» военная фракция в парламенте нового состава, сформированного после выборов 2020 года, должна быть сокращена до 15 процентов, а после следующих всеобщих выборов (то есть, после 2025 года) – до 5 процентов от общего числа депутатов. По мнению руководства НЛД, постепенное сокращением числа депутатов в погонах даст военным возможность «красиво уйти из политики».

В законопроекте также предлагается исключить из Конституции раздел “c” статьи 20, в которой говорится, что «главнокомандующий Сил обороны является верховным главнокомандующим всех вооруженных сил». То есть, дать возможность для президента страны возглавить обе вертикали власти – гражданскую и военную.

Согласно Конституции, министр по пограничным вопросам входит в состав уже упоминавшегося Совета национальной обороны и безопасности, состоящего из 11 человек (из которых 6 человек представляют вооруженные силы). Законопроект предлагает исключить должность этого министра из перечня членов Совета, а вместо нее добавить туда заместителей спикеров верхней и нижней палаты парламента. В случае принятия этой поправки у «гражданской» вертикали власти в этом Совете будет устойчивое большинство.

Предлагаемые изменения включают также полную отмену раздела “f” статьи 59 (того самого, про ближайших родственников с иностранным гражданством), который фактически запрещает Аун Сан Су Чжи, быть президентом страны. Отмена раздела “f” статьи 59 мотивируется тем, что в разделе “b” этой же статьи содержатся исчерпывающие положения, гарантирующие защиту национальной безопасности. В нем говорится, что президент «должен быть гражданином Мьянмы, рожденным от родителей, оба из которых родились на территории, находящейся под юрисдикцией Союза, и являлись гражданами Мьянмы».

И, наконец, самое главное. Законопроект содержит поправки к статье 436, согласно которым изменения в конституцию должны утверждаться не большинством в 75 процентов членов парламента (как закреплено в этой статье сегодня), а «не менее чем двумя третями избираемых депутатов». То есть, согласно этой поправке, военные парламентарии, назначаемые главкомом, должны быть вообще исключены из процесса изменения Основного закона страны. Требование «не менее двух третей от избираемых депутатов» предложено применить как к разделу “a”, так и к разделу “b” статьи 436. 

Отмена необходимости проводить референдум критически важна для НЛД, поскольку явка избирателей на него может оказаться ниже порога в 50 процентов избирателей – и это не говоря о том, что не все будут голосовать «за». Понятны опасения нынешней партии власти: на выборах 2015 года ее конкурент, поддерживаемая военными ПСРС, получила почти 30 процентов голосов избирателей – то есть, если эта партия призовет своих сторонников к бойкоту референдума, то он скорее всего просто не состоится. 

Депутаты от вооруженных сил стоя протестуют после решения парламента о создании комитета по внесению изменений в Конституцию.
Депутаты от вооруженных сил стоя протестуют после решения парламента о создании комитета по внесению изменений в Конституцию.

Во всем виноваты генералы

Несмотря на то, что комитет по внесению изменений в Конституцию представил свои законопроекты с поправками к тексту Основного закона, военные вместе с ПСРС отступать не намерены. Они продолжают говорить, что формирование комитета было незаконным, и понятно, что ни одного голоса за принятие поправок они не подадут. А значит, законопроекты комитета гарантированно не наберут необходимые 75 процентов голосов депутатов. 

Бесперспективность кампании НЛД по принятию поправок заставляет искать в ней иные, скрытые смыслы. А поскольку негативный результат – тоже результат, то скорее всего руководство НЛД именно его и добивается для того, чтобы активно размахивать им в политических целях.

Уже сейчас постепенно вырисовываются основные эмоциональные «мессаджи» двух политических конкурентов на общенациональном политическом поле – НЛД и поддерживаемой военными ПСРС. 

У ПСРС - это предсказуемо «защита нации и религии» от явной и неявной экспансии чужаков, направляемой из-за рубежа. Деятели этой партии вслед за монахами-националистами любят повторять фразу о том, что нация «не исчезает в земле – ее поглощают другие нации». Для Мьянмы, находящейся на границе между мусульманским и буддийским миром и столкнувшейся на своей территории с вооруженными акциями боевиков поддерживаемой и направляемой из-за рубежа Армии спасения рохинджа Аракана, подобные идеи звучат более чем актуально. И хотя в самом радикальном виде они находят поддержку лишь у довольно узкой прослойки буддийских националистов, все равно их влияние не стоит недооценивать. Поездка Аун Сан Су Чжи в Гаагу на заседание Международного суда ООН для защиты Мьянмы от обвинений в геноциде рохинджа – это попытка лидера НЛД перехватить у своего политического конкурента националистическую повестку.

А вот у НЛД, похоже, основным эмоциональным посылом станет тема изменений в Конституцию – тем более, что она была одним из основных пунктов предвыборной программы этой партии в ходе предыдущей избирательной кампании 2015 года. Причем, руководство этой партии пытается сделать эту тему всеобъемлющей – по типу «если в кране нет воды…». 

НЛД за четыре года своего правления не может похвастаться особыми экономическими успехами, а рост ВВП в этот период был гораздо ниже, чем при предыдущем правительстве отставного ге6нерала Тейн Сейна. Почему так случилось? Избирателю предлагают очень простой ответ: это произошло потому, что военные не дали изменить конституцию и построить подлинно демократическое государство. 

Такая аргументация основана на том, что конституцию обычные граждане страны в основной своей массе не читали, и что там написано – не знают. И хотя, согласно основному закону, партия большинства в парламенте может без оглядки на кого бы то ни было (в том числе и на военных) определять экономическую политику страны и проводить в этой сфере какие угодно реформы, избирателю об этом знать незачем. По сути, НЛД эксплуатирует свою старую мантру о том, что если наступит «демократия» - то всем сразу станет хорошо. А основным препятствием на пути к этому стоят военные, мешающие поменять конституцию. 

Спикер Т Кхун Мьят
Спикер Т Кхун Мьят

Политический инструмент на букву «Т»

Нынешний спикер парламента Мьянмы Т Кхун Мьят – этнический качин (качины живут на севере Мьянмы в одноименном национальном штате, и частично – на севере штата Шан), а его христианское имя – Джеффри. Он происходит из влиятельной семьи качинских правителей Дува, и «Т» в начале его полного имени – достаточно распространенная у качинов практика обозначения одной буквой принадлежности к тому или иному клану. В данном случае – к клану Тангбау. То есть, «Т» (обычно читается «Ти» - как название этой буквы английского алфавита) является чем-то вроде качинской фамилии.

В свое время Т Кхун Мьят возглавлял вооруженную милицию (боевую дружину, или ополчение) района Куткай, расположенного в 25 километрах к северу от Лашио, главного города северной части национального штата Шан. Это формирование в союзе с вооруженными силами страны боролось сначала с коммунистическими повстанцами, а затем и с этническими вооруженными группировками штата. Куткайская милиция на пике своей деятельности насчитывала около 600 вооруженных человек. При этом Т Кхун Мьят совмещал обязанности главного милиционера Куткая с работой по написанию новой конституции страны, которая была принята при военной власти в 2008 году. В это же время против него выдвигались обвинения в причастности к торговле наркотиками и отмывании денег.

То есть, по своему послужному списку это – классический представитель поддерживаемой военными ПСРС. Именно такие лидеры местных ополчений в обмен на их признание формальной подчиненности своего ополчения вооруженным силам страны, фактически получают индульгенцию делать в контролируемых ими районах все что угодно. Многие эксперты полагают, что основные центры наркопроизводства в штате Шан – это не территории, находящиеся вне зоны контроля центральной власти, а как раз районы с подобными этническими формированиями. И именно во многих из этих районов на выборах 2015 года предсказуемо победили представители ПСРС – правда, совсем не с бирманскими именами.

Если бы жизнь сложилась по-другому, то, возможно, Т Кхун Мьят до сих пор являлся бы депутатом от ПСРС (как это было в предыдущем составе парламента). Но из этой партии он был изгнан во время внутрипартийного переворота в августе 2015 года вместе с тогдашним главой партии и спикером нижней палаты парламента отставным генералом Турой Шве Маном, ныне являющимся союзником Аун Сан Су Чжи. А значит, у депутатов от ПСРС и представителей военной фракции формально есть все резоны усомниться в объективности спикера и называть его «политическим инструментом НЛД» - хотя формально он является независимым депутатом.

Все началось с эпизода когда в феврале 2019 года военные депутаты стоя протестовали против создания комитета по внесению поправок в конституцию. Т Кхун Мьят этот демарш не оценил, и больше того, по его завершению позволил себе недоуменно-издевательское замечание в духе: «Ну и что это было?». После этого представители ПСРС и военные депутаты неоднократно обвиняли его в манипулировании парламентскими процедурами в пользу НЛД, и даже в игнорировании регламента. 

При этом, формально Т Кхун Мьят пытается продемонстрировать независимую позицию, и когда на заседании парламента депутаты от ПСРС и члены военной фракции начали использовать совсем не парламентские выражения, а представители НЛД ответили им тем же, спикер демонстративно вынес предупреждение обеим сторонам эмоциональной дискуссии. Но даже этот случай не повысил степень доверия к нему со стороны его бывших однопартийцев и союзников, дав им возможность утверждать, что способ, который НЛД избрала для внесения поправок в конституцию является незаконным, а Т Кхун Мьят, используя свою должность для протаскивания инициатив НЛД, просто мстит за былые обиды. 

Сессия парламента Мьянмы
Сессия парламента Мьянмы

Парламентский пейнтбол

Пять законопроектов, внесенных военными и ПСРС, и два законопроекта, представленные комитетом по изменению Конституции, должны быть в ближайшее время рассмотрены объединенным парламентским комитетом по законопроектам. Через 14 дней после 27 января, когда в парламент были официально внесены поправки НЛД и этнических партий, этот комитет представит законодателям свое заключение по ним. После этого все законопроекты будут открыты для парламентских дебатов.

Понятно, что после того, как в парламенте начнется обсуждение законопроектов по внесению изменений в конституцию, эта тема не будет сходить со страниц мьянманских СМИ, а значит – приведет к консолидации и мобилизации сторонников НЛД. На этом фоне троллинг военных, вносящих свои поправки в конституцию, которые являются заведомо неприемлемыми для НЛД, становится раздражающим фактором. Военных и депутатов от ПСРС легко будет выставить не только как препятствие на пути к «подлинной демократии», но и как злобствующих политиканов, беспокоящихся не о процветании страны и улучшении жизни ее граждан, а о том, как бы сохранить собственные привилегии, а заодно нагадить под дверь своего политического конкурента. 

В той игре, которую нынешняя партия власти навязывает ПСРС и военным, у них только два сценария, и это тот случай, когда «оба хуже». Они могут с ходу отвергнуть все поправки, а могут демонстративно согласиться принять ту их часть, которую считают для себя наиболее безболезненной (например, одна из поправок уточняет определение слова «инвалид»). Но и в том, и в другом случае НЛД сделает все, чтобы нанести своим конкурентам максимально возможный имиджевый урон. 

Таким образом, начатая НЛД кампания по внесению изменений в Основной закон страны, нацелена отнюдь не на достижение заявленного результата (конечно, для НЛД он был бы не лишним, но руководство партии хорошо понимает нереалистичность подобного сценария). Правящая партия выстраивает эту кампанию как череду информационных поводов, каждый из которых нацелен на то, чтобы макнуть в грязь своих политических конкурентов. А значит – в конечном итоге получить как можно больше голосов избирателей на очередных выборах. 

Точная дата этих выборов еще не определена, но ясно, что они состоятся в конце нынешнего года. А значит, запускать подобные кампании для НЛД – самое время.

***

В октябре 2019 года Аун Сан Су Чжи дала интервью Nikkei Asian Review, в котором рассуждала о том, что реформа конституции жизненно нужна – потому что нужно «вернуть народу суверенитет», который узурпировали военные. 

События последних лет дали много поводов для вывода о том, что Аун Сан Су Чжи – это в первую очередь прагматичный политик, и обычно она говорит только то, что нужно сказать в конкретной политической ситуации. Об остальном она предпочитает молчать.

К нынешней кампании по внесению поправок в Конституцию это тоже относится в полной мере.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded