Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Жду Ма Та Ту

Новости о Мьянме на русском языке

На Фейсбуке я создал группу "Новости о Мьянме на русском языке". Обновлять ее стараюсь ежедневно.

Если интересно, и если у вас есть профайл на Фейсбуке - присоединяйтесь! Буду рад!

Вот ссылка:
https://web.facebook.com/groups/mmrus/

Если кому-то удобнее получать информацию о политике и экономике Мьянмы в режиме Телеграм-канала - вам сюда:
https://t.me/mmrus

Жду Ма Та Ту

НЛД и экономика

В 2010 году в Мьянме прошли первые за два десятилетия парламентские выборы, по итогам которых в 2011 году было сформировано правительство во главе с президентом Тейн Сейном - отставным генералом и одним из ведущих деятелей прежнего военного режима. Это правительство осуществило ряд масштабных преобразований в сфере экономики. В частности, был принят новый закон об иностранных инвестициях, проведены реформы в налоговой и финансовой сферах. В 2014 году стране была состоялась первая за 30 лет перепись населения, позволившая более объективно оценивать ситуацию в народном хозяйстве страны и формировать экономическую политику. Правительство проявило готовность заимствовать передовой мировой опыт в сфере управления экономикой и проведения преобразований, в результате чего в Мьянме на официальном уровне работало несколько групп иностранных специалистов. Одновременно западные страны и США приостановили большую часть введенных против этой страны санкций, что, в свою очередь, послужило толчком к дальнейшему росту экономики.

Среднегодовой рост ВВП в эти годы составил более 6,5 процентов (в 2014-2015 финансовом году – 8,7 процентов). В 2015 году Мьянма покинула список «беднейших стран мира» (рассчитываемый по показателю ВНД на душу населения) и переместилась в число стран с доходом «ниже среднего» – в эту группу входят, например, такие страны как Армения, Грузия, Кыргызстан, Молдова, Украина и Узбекистан. Тем не менее, показатель ВНД на душу населения (1197 долларов) остается у Мьянмы в пять раз ниже, чем у соседнего Таиланда. Считается, что только четверть страны имеет доступ к электроснабжению. Остаются нерешенными и многие другие проблемы в экономике, связанные прежде всего с прежней изоляцией страны, деградацией системы управления и инфраструктуры, отсутствием доступа к современным технологиям, снижение качества образования и устаревшая законодательная база.

8 ноября 2015 года на всеобщих выборах убедительную победу одержала оппозиционная Национальная лига за демократию (НЛД) во главе с Аун Сан Су Чжи, пообещавшая избирателям быстрые перемены к лучшему. И хотя новое правительство приступило к работе лишь в конце марта (а в середине апреля были долгие каникулы, связанные с наступлением в Мьянме нового года), сегодня уже можно подвести некоторые первые итоги (основанные в основном на кадровых решениях НЛД и первых заявлениях новых министров) и оценить потенциал нового правительства в сфере реформирования экономики.


(Надпись на постере: "Президента У Тхин Чжо - почтительно приветствуем")

Collapse )
Жду Ма Та Ту

Генерал Абель

Когда читаешь мьянманские газеты двух предыдущих десятилетий, в списке руководивших страной генералов невольно спотыкаешься об имя человека, которое звучит совсем не по-бирмански – Давид Оливер Абель (вообще-то, его фамилия по-английски традиционно читается как «Эйбл», но вслед за русскоязычной израильской прессой я все-таки буду называть его Абелем - хотя понятно, что одноименный советский разведчик тут абсолютно ни при чем). Этот человек в зените своего влияния, по общему признанию, занимал 3 место в иерархии руководства страны, а в сфере экономики он бесспорно был самым главным. При этом если бывший шеф военной разведки, премьер-министр генерал Кхин Ньюнт, будучи также незаурядным и ярким человеком, «играл» в политику (за что и поплатился), то генерал Абель подчеркнуто не высовывался дальше экономики, хотя и в других сферах государственного управления его мнение часто было решающим. При всей условности аналогий, его можно сравнить с советским премьером Алексеем Косыгиным, таким же технократом на политической должности, и точно так же не сумевшим довести до конца начатые экономические преобразования.

Collapse )
Жду Ма Та Ту

Мелочь

Любой иностранец, побывавший в Мьянме, обязательно запомнит местные купюры. Особенно впечатляют они тех людей, кто въехал, например, из Таиланда и Сингапура, где старых и грязных денег практически нет. В Мьянме же если ты получаешь сдачу мелкими банкнотами – то чаще всего это будут полуразложившиеся грязные бумажки с обтрепанными краями и дырами на сгибах, много раз переклеенные скотчем.

Стоимость изготовления здешних купюр видимо, никто всерьез не считал, но один мой знакомый мьянманец, имеющий отношение к денежной эмиссии, как-то грубо прикинул, что затраты на производство одной купюры составляют примерно 10 центов (эта цифра немного варьируется в зависимости от номинала). Купюры с 1972 года изготавливает фабрика в Вази (округ Магвэ, недалеко от Багана), и Мьянма – одна из тех стран мира, которые печатают свою валюту сами. Несколько лет назад немцы поставили туда более современное оборудование, и после этого качество полиграфии немного улучшилось. Тем не менее, понимающие люди, глядя на мьянманские банкноты, отмечают их халтурность (невидимую, впрочем, глазу обывателя). В некоторых случаях это – недостаточно квалифицированная работа гравера, в других – небрежное изготовление клише. Большая часть собираемого в Мьянме хлопка идет на фабрику в Вази – именно поэтому хлопок считается стратегическим сырьем и экспорт его запрещен. Но производить из него качественную «долгоиграющую» и не пачкающуюся бумагу мьянманцы так и не научились. Отсюда – еще одна причина плачевного состояния их купюр.

Если взять за основу эту цифру в 10 центов за банкноту, то получится, что мьянманские производители выходят на покрытие себестоимости (то есть, когда стоимость изготовления купюры ниже ее номинала) только начиная с купюры в 100 кьят.

Но изготавливать купюру с затратами, равными обозначенному на ней номиналу – это экономический идиотизм. Главный смысл банкнот состоит в том, что они только номинируют стоимость, но сами по себе ее не должны иметь. Более того, чем дешевле для государства обходится изготовление банкнот по отношению к номиналу – тем это лучше для экономики, и тем лучше деньги будут выполнять свою функцию как средства платежа. В идеальном варианте они должны вообще ничего не стоить, как ничего не стоит обмен записями при перечислении денег в банке со счета на счет.

Более-менее приемлемое соотношение затрат на производство и номинала банкноты получается только для двух купюр самых крупных номиналов – 1000 кьят (стоимость изготовления – 1/10 от номинала) и 5000 кьят (1/50 от номинала). И это при том, что купюра в 5000 кьят введена в обращение всего полтора года назад.

Чтобы еще более зримо представить, насколько «перекошенной» является ситуация в мьянманском денежном обращении, приведу такие цифры, взятые из Интернета по самым крупнывм банкнотам двух знакомых валют. Себестоимость новой американской 100-долларовой купюры – 12 центов (1/833 от номинала). Себестоимость российской купюры в 5000 рублей – 2 рубля 60 копеек (1/1923 от номинала). То есть, себестоимость изготовления крупнейшей американской банкноты в 17 раз ниже, а себестоимость изготовления крупнейшей российской банкноты в 38,5 раз ниже, чем себестоимость изготовления крупнейшей мьянманской купюры по отношению к ее номиналу. И это при том, что в условиях неразвитой банковской системы доля расчетов наличными деньгами при оптовых и розничных сделках в Мьянме несоимеримо выше, чем в названных мной странах. Хотя, конечно, все это компенсируется относительно мизерными масштабами всей мьянманской экономики.

Вот это – как раз ключ к пониманию того, почему мьянманский Центробанк хоть как-то следит за состоянием только двух самых крупных по номиналу банкнот – в 1000 и в 5000 кьят. То есть, если пришла пора для поддержания жизнедеятельности такой купюры использовать скотч, или если из-за грязи купюра стала неузнаваемой – ее выводят из обращения. Более мелкие купюры из-за высокой себестоимости печатаются малыми партиями, и мьянманские власти стараются подольше удержать их в обороте, закрывая глаза на их ужасающий внешний вид. О том, насколько древними могут быть находящиеся в обращении купюры, свидетельствует хотя бы тот факт, что среди 5-кьятовых банкнот нет-нет да и встречаются до сих пор денежные знаки старого образца, на которых изображен генерал Аун Сан, и которые перестали печатать в 1989 или в 1990 году. Кроме того, существуют, видимо, чисто физические ограничения, не позволяющие фабрике в Вази печатать слишком много мелких купюр в ущерб крупным – возникшие по этой причине проблемы с ликвидностью во время кризиса 2003 года это хорошо показали.

В 2008 году мьянманские власти всерьез обсуждали возможность для исправления ситуации ввести в обращение монеты достоинством 50 и 100 кьят (соответственно, медные и медно-никелевые, с традиционным мьянманским львом на одной из сторон). Интересно, что монета из белого металла в 100 кьят уже чеканилась короткое время в конце прошлого века, и нет-нет да и попадается в обращении, хотя сама по себе стала уже больше достоянием нумизматов, чем средством платежа. Тем не менее, в конечном итоге было решено, что чеканка монет потребует слишком значительных затрат. Вместо этого была введена в обращение новая купюра в 5000 кьят (та самая, с белым слоном – я о ней как-то писал). В результате снизились затраты на изготовление общей суммы эмитируемых новых денег и высвободилась часть мощностей на фабрике в Вази. А это, в свою очередь, позволило финансовым властям напечатать новые партии мелких купюр и вбросить их в обращение. Вопрос о монетах с тех пор так и остался открытым.

Отдельно нужно сказать и о проблеме деноминации и демонетизации. Ясно, что когда самая крупная купюра стоит всего 5,5 долларов по нынешнему курсу - то это не вполне удобно и не совсем нормально для экономиики, основанной в основном на наличных взаиморассчетах. Тем не менее, после кровавых событий 1988 года, в немалой степени вызванных конфискационной демонетизацией (когда банкноты по 20, 50 и 100 кьят были объявлены пустыми бумажками – а они составаляли 75 процентов находящихся в обороте купюр), пришедшие в результате переворота к власти военные объявили, что они берут на себя обязательство никогда больше не проводить демонетизацию. И хотя в 2004 году ходили слухи о готовящейся денежной реформе, они так и оказались просто слухами. Больше того, запрет властям проводить какую бы то ни было демонетизацию теперь законодательно закреплен в Конституции страны, принятой на референдуме 2008 года – кажется, это единственная конституция в мире, где есть такое положение.

Думаю, после сказанного не нужно объяснять, что даже таких полуразвалившихся мелких купюр в обращении явно не хватает. При этом многие иностранцы, живущие в Мьянме, просто не представляют, зачем эти купюры нужны, потому что при их зарплатах отсчет стоимости товаров начинается с купюры в 500 кьят (это чуть больше пол-доллара). Тем не менее, именно мелкие купюры – самые ходовые среди мьянманцев. Купюра в 50 кьят (то есть, чуть больше 5 центов, или, если угодно, 1 руб. 50 коп.) – это, например, базовая цена для проезда в янгонском общественном транспорте в пределах одной тарифной зоны, оплата за соединение при звонке с уличного телефона, или стоимость входа в общественный туалет. То есть, начиная с купюры в 50 кьят и выше – как раз и начинается реальное денежное обращение, причем, самыми ходовыми, видимо, являются купюры в 100 и 200 кьят. А вот купюры ниже номиналом (например, в 5, 10 и 20 кьят, которые еще используются при осуществлении платежей) уже менее востребованы, и при расчетах суммы обычно округляются до 50 кьят. Вот, судя по всему, граница в 50 кьят – это и есть социально приемлемый предел для округления сумм при розничных расчетах. Больше того, у янгонцев сейчас принято скреплять мелкие купюры степлером до суммы в 50 кьят (скажем, три купюры – по 20, по 10 и еще раз по 20 кьят) и расплачиваться ими в таком виде. Или просто перегнуть десятикьятовую купюру пополам, обхватить ей сверху две двадцатикьятовые – и упаковка в 50 кьят готова.

Нехватка мелких купюр – головная боль владельцев крупных магазинов. Если в маленьких частных магазинчиках все можно округлять до 50 кьят, то в больших супермаркетах порядок ценообразования несколько иной, и чаще всего он – результат работы бездушного механизма, не осознающего проблему нехватки мелких купюр. Например, электронных весов при фасовке товаров, высчитывающих цену с точностью до кьята. Поэтому обычно клиент на кассе испытывает трудности при оплате покупок.

Самым продвинутым и радикальным способом эту проблему попытался решить «Сити-март». Он ввел карточки , куда заводилась довольно большая сумма (до 1 миллиона кьят), и дальнейшие расчеты покупателя проводились с этой карточки с возможностью в любое время пополнить баланс. При всей невыгодности для клиента этой схемы (деньги по сути изымаются из оборота и лежат мертвым грузом на карточке), она оказалась востребованной. Прежде всего, такие карточки завели себе чиновники международных организаций, которые визгливо декларируют свою готовность помогать бедным и убогим, но тут же бегут мыть руки, как только какой-то бедный и убогий к ним нечаянно прикоснется. Многие живущие в Янгоне иностранцы просто брезгуют брать в руки полуразложившиеся и грязные мьянманские купюры. А дарить каждый раз «Сити-марту» даваемую такими купюрами сдачу – жаба душит. Поэтому карточки стали лучшим выходом из положения. Глядя на иностранцев, стали заводить себе такие карточки и богатые мьянманцы – потому что «это круто» и «это как в Сингапуре».

Другие магазины попытались тоже сказать свое веское слово, но получилось это совсем не «по-сингапурски». На кассах менее продвинутой сети супермаркетов «Эйша-Лайт» у девушек всегда на сдачу имеются разные мелочи, типа пакетиков растворимого кофе, конфеток и салфеток в целлофановом пакетике. Точно так же (салфеткой) иногда дают часть сдачи (в пределах 100 кьят) и в ресторанчиках. Хотя, по сути, это уже выросшая из такой экономической реальности как недостаток мелких купюр форма просьбы чаевых – потому что клиент, как правило, возвращает салфетку принесшему сдачу официанту. Отсутствием мелких купюр, часто мотивируют отказ давать сдачу кондукторы янгонских автобусов. Посетителям общественых туалетов иногда на сдачу поштучно предлагаются сигареты и бетель.

В той же «Эйша-Лайт» была попытка ввести купоны – бумажки голубого цвета с номиналом в кьятах. Парадокс ситуации, однако, заключался в том, что выдавать эти квитки кассирши выдавали, зато на человека, пытавшегося ими же в следующий раз расплатиться – смотрели как на врага народа... ну или в крайнем случае, врага «Эйша-Лайт». Кроме того, эту практику быстро прекратили мьянманские власти, справедливо указавшие на то, что денежная эмиссия – это прерогатива государства, а не частных лавочек, и что «Эйша-Лайт» может быть сурово наказана в уголовном порядке.

Впрочем, у владельцев супермаркетов до недавнего времени был довольно простой путь пополнить кассу мелкими купюрами – просто купить их у тех, у кого они накапливаются. На самом деле, продажа мелких купюр (с 10-12-процентной комиссией) – дополнительный источник заработка, например, для кондукторов автобусов, «заныкивающих» мелкие купюры. Но недавно власти заявили, что такого рода спекулятивная деятельность будет караться тюремным заключением сроком до 10 лет.

Тем не менее, власти понимают, что наказанием проблемы не решишь, и что угроза уголовного преследования просто увеличит комиссионные тех, кто разменивает крупные купюры – а значит, приведет к недовольству разных категорий населения и спровоцирует рост цен. Недавно было принято решение о дополнительной печати купюр мелкого достоинства и об изъятии из обращения части ветхих и грязных купюр. Каждую неделю Центральным банком для Янгона выделяются квоты мелких купюр: 20 миллионов кьят – Яногонскому комитету по надзору за автотранспортом, 9 миллионов кьят – городскому комитету развития Янгона (мэрии города), 1 миллион – частным компаниям, включая супермаркеты, игровые центры, продуктовые магазины и кафе. Для размена купюр уполномоченному от бизнес-структуры надо только предъявить в банке лицензию на ведение бизнеса.

По заявлению мьянманского Центробанка, в 2009 году финансовые власти Мьянмы выпустили в обращение 3 миллиарда кьят в мелких купюрах, и произвели замену ветхих и поврежденных купюр на 4 миллдиарда кьят. В этом году число выпущенных в обращение мелких купюр должно значительно возрасти.

По сути, власти понимают, что оказались в довольно безвыходном положении. Печатание мелких купюр весьма затратно – но они вынуждены нести это бремя хотя бы потому, что после 1988 года предпочитают, обжегшись, дуть на воду. Кто его знает, во что может вылиться в один прекрасный момент нехватка купюр на сдачу в каком-нибудь мьянманском магазине или в автобусе. Власти страны достаточно остро (особенно после «бензиновых бунтов» 2007 года, которые на Западе почему-то именуются «шафрановой революцией») чувствуют такие моменты и делают все, чтобы избежать того, что рядовые мьянманцы могут воспринять как «несправедливость» и обвинить в этом власти. Кстати, последние примеры с возвращением государства на автозаправки и директивным возвратом к рационированию бензина и дизеля после того, как частные компании оказались не в состоянии удовлетворить потребности рынка - еще одно свидетельство довольно четкого понимания властями своей ответственности (пусть иногда и довольно своеобразной) за социальную стабильность.

Власти вынуждены печатать мелкие купюры, потому что именно эти купюры – наиболее «социально чувствительная» часть денежного обращения. Кроме того, недостаток мелких купюр объективно подстегивает инфляцию – а это тоже не то, чему следует радоваться. В то же время, они, видимо, не смогут себе позволить ввести купюры номиналом выше 5 тысяч кьят. До последнего времени мьянманские купюры не подделывали только потому, что себестоимость более-менее приемлемой подделки была близка к номиналу купюры. Уже 5-тысячные купюры, напечатанные на не очень хорошей (с точки зрения денежной полиграфии) хлопковой бумаге, начали довольно активно подделывать. А это значит, что 10-тысячные купюры, появись они в обращении, будут подделываться с куда большитм энтузиазмом.

Какой из всего этого власти найдут выход – сказать трудно. Переход на купюры нового, меньшего формата уже был осуществлен несколько лет назад. Недавно обсуждался вопрос об экономической целесообразности закупки за границей нового оборудования для печати банкнот с более крупным номиналом не на бумаге, а на полимерах (как, например, в Сингапуре). Развитие банковской системы и системы безналичных платежей до сих пор тормозится наличием абсолютно диких с точки зрения экономики законов, и разгребать эту кучу, доставшуюся из прошлого, придется не один год. Это при том, что такие завалы существуют практически во всех сферах жизни Мьянмы, и когда при всех реформаторских декларациях руки нового руководства страны реально дойдут до сферы денежного обращения – сказать трудно.

Одно ясно: они понимают, что с экономической точки зрения сложившаяся ситуация явно выглядит нелепо, и что ее надо как-то менять. Есть и еще одно соображение в пользу перемен – на сей раз эстетическое. Мьянманские чиновники не раз говорили мне, что страшные на вид деньги портят впечатление о Мьянме у приехавших сюда иностранцев. Они пока что еще не дошли до осознания того, что привыкший к неряшливым и грязным деньгам в своем кошельке мьянманец не будет особо стремиться наводить порядок и у себя дома. Но они уже понимают, что надо что-то предпринимать как можно быстрее хотя бы из соображений улучшения имиджа страны.
sgsw

О лампочках Ильича и ВВП Мьянмы

Два экономиста из США занялись благородным делом – стали смотреть на ночные фотографии со спутника разных стран, и по изменению освещенности городов за какой-то промежуток времени делать выводы о росте в этих странах ВВП.

Краткая информация об их изысканиях вот тут:

http://www.izvestia.ru/economic/article3132784/

В числе глубокомысленных выводов этих креативных ученых был и такой:

«Например, по новым расчетам ВВП Демократической Республики Конго растет на 2,4% в год. Официальные же цифры утверждают, что ежегодно ВВП в этой стране падает на 2,6%. Для ежегодного роста ВВП Мьянмы исследователи получили значение 3,4%, в то время как стандартная оценка дает цифру 8,6%.»

Чувствуется, что американские профессора живут в стране, где всегда, сунув пальцы в розетку, можно обнаружить там электричество. Впрочем, что с них взять – они же американцы…

Я не буду комментировать официальную мьянманскую статистику. Скажу о другом.

В Мьянме, в отличие от США, где электричества – как гуталина на гуталиновой фабрике, электроэнергия – вещь конечная и небезграничная. То есть, в сухой сезон по всей стране практикуются веерные отключения с интервалом в шесть-двенадцать часов, и лишь несколько месяцев в году, когда идут дожди и водохранилища заполнены водой, жители Янгона (но отнюдь не других городов) наслаждаются почти круглосуточным электричеством. Да и то напряжение настолько слабо, что лифты в домах работают от генераторов, а холодильники в квартирах включаются только по ночам. Нормальное электричество есть только в столице страны – небольшом городке Нэйпьидо. Да и то только потому, что китайцы там недавно построили новую электростанцию.

Вот при такой конечности количества электроэнергии представьте, что будет, если запустят в строй новую фабрику с новыми станками. Правильно, для того, чтобы они работали, будут гораздо чаще и на гораздо больший срок отключать свет в домах соседнего микрорайона. При этом сами станки светиться не будут – они только гудят и крутятся. А ведь после запуска станков ВВП страны возрастет.

Идиотизм ситуации заключается в том, что при конечности количества электроэнергии в стране о росте ВВП будет свидетельствовать не увеличение, а наоборот – сокращение иллюминации в городах. А если при росте ВВП иллюминация все-таки осталась – значит просто запустили новую электростанцию. Которая, конечно, сама по себе имеет некоторое отношение к росту ВВП, но с ростом ВВП в масштабах всей страны отнюдь не коррелирует.

После таких исследований светочей американской науки понятно, что Свифт с описаниями борьбы остроконечников и тупоконечников о том, с какого конца правильнее разбивать яйцо, сегодня уже выглядит жалким примитивом…